Work Text:
Если хорошенько подумать, чего бы Клинту удивляться. И в довесок к шикарным апартаментам от Тони Старка, как и к его дружбе, должны прилагаться определенные риски. То не получается пробраться к ближайшей кухне, потому что взорвавшаяся микроволновка пробила три комнаты подряд. То просыпаешься с вселенским похмельем и узнаешь о событиях последних восемнадцати часов от чопорного ИИ. То открываются двери лифта, и вокруг ни души, только ты, однорукий убийца с мертвым взглядом и лама.
Барнс смотрит неподвижным взглядом. Клинт не отступает ни на шаг. По крайней мере, не на большой. Гений убийства, прежде известный как Зимний Солдат, живет с ними уже месяц и до сих пор не подстригся. Стив, Сэм и Наташа расходятся во мнениях, как о барнсовых стандартах гигиены, так и по поводу его присутствия в башне.
На ламе разбойничья шляпа и гирлянда из пластиковых цветов. Она встряхивает своей ужасно длинной шеей, и в голове у Клинта играет Эннио Морриконе.
Двери начинают закрываться. Когда Клинт решает, что этой опасности он избежал, Рука, Запустившая Холодную Войну, вклинивается между дверями, и те разъезжаются обратно. Выражение у Барнса не меняется.
- Ты собираешься заставлять меня ждать?
- Нет. – Клинт поднимает обе руки. – Не-не-не.
Он шагает в лифт встает прямо между Барнсом и его ламой раньше, чем понимает, что это ошибка и стоило пробежаться по лестнице. Клинт гадает, стоит ли поворачиваться к Барнсу спиной, намекая, что он считает его человеком, достойным доверия и манер в лифте, или просто остаться где стоит. Потому что Зимний Солдат может убить его дюжиной разных способов одним правым мизинцем.
- Какой этаж?
- Что?
- Какой. Этаж.
- Ээ.
По правде, он не может вспомнить, стоя между человеком, который едва не убил Капитана Америку, и высоченным лохматым инопланетянином в забавной шляпке. Это напрягает. Он напрягается.
Барнс ждет, лифт едет. Клинт совершает глупость и поворачивается изучить кнопки.
Что-то оказывается возле его уха, что-то бархатно-мягкое и нежное. Клинт замирает. Лама обнюхивает его волосы, и по напряжению, повисшему в воздухе, он чувствует, что Барнс за ним наблюдает. C тех пор, как Стив привёл его в башню, они не обменялись парой слов; в этом смысле Клинт ничем не отличается от остальных обитателей башни, Барнс, кажется, понимает, что нервирует людей, и у него полно собственных проблем. Клинт это уважает. Инстинкт самосохранения работает на всех.
- Стало быть, - заговаривает Клинт, потому что его инстинкт иногда тупит в моменты симпатии. – Твоя лама?
Нет ответа.
- Я как-то больше собак люблю, но, если что, без предубеждений. Вырос в цирке, знаком со слонами, лошадьми и прочими. Привет, дружище!
Он поворачивается к ламе, а та отдергивает голову, чтобы не дать ему по лицу.
- Это мое служебное животное. Ее зовут Киноа.
- Хм, – озвучивает Клинт, потому что, ну что тут скажешь. – Что-то новое.
Барнс кивает или наклоняет голову, трудно сказать.
- Со вчерашнего дня.
- То есть не собачник, да?
Барнс сует руку в карман, и Клинт застывает. Боже, когда заработают камеры, Пеппер найдет его расчлененный труп, а потом Наташа убьет его еще раз для надежности, и…
Барнс раскрывает пакетик, забитый мелкими морковками - уши Киноа вскидываются по обе стороны шляпки.
- Нет, – отвечает Барнс ровно. – Мне нравятся собаки.
Киноа тянется поближе и обнюхивает металлическую руку, поддевая под локоть. Предложенную морковку она прожевывает тихо и хрюкает, когда та заканчивается.
- Хотя ламы тоже милые, – начинает было Клинт, но тут лифт пищит, и двери раскрываются.
Барнс ловит Киноа за повод и тянет за собой, не оборачиваясь. Коротенький хвост ламы легонько покачивается.
Двери закрываются. Клинту требуется еще минута, чтобы понять, что он так и не нажал нужный этаж.
*
- Без паники. Я всесторонне исследовал вопрос.
Тогда Брюс качает головой и говорит:
- Ну, разумеется.
Тони поднимает руки, чтобы успокоить всех в столовой.
- Послушайте. Я провел кучу времени на Ютубе…
- Я тоже, – вставляет Тор, хмурясь.
- И терапевтические ламы точно существуют, – заканчивает Тони строго. – Серьезно, взгляните на Ройо*, да он суперзвезда в Орегоне…
- И ты просто выдал ему ламу? – спрашивает Брюс.
- Некоторым дарят песчанок. – Жмет плечами Тони. - Эй, это казалось хорошей идеей! И его опекун не возражал.
- Я не опекун, – уточняет Стив, который точно об этом не просил.
- А мне никто никогда не дарил ламу, - бурчит Клинт, Наташа фыркает.
На Киноа, привязанной к стулу Барнса, ободок с парой мультяшных цветков на полосатых черно-желтых пружинках. Сам Барнс, занятый поеданием ведра салата из шпината, свеклы и козьего сыра, счастливо всех игнорирует.
- Ладно, – уступает Брюс. – Не хочу стоять на пути твоего выздоровления, но, может быть, лама, не знаю, подождет где-нибудь еще, пока мы едим?
- Это мое служебное животное. Ее зовут Киноа.
Барнс не отвлекается от салата, но каким-то образом все Мстители чувствуют себя под его пристальным вниманием. Металлическая ладонь сильнее стискивает вилку.
- С этим трудно поспорить, - усмехается Тони, хотя никаких причин для гордости у него нет. – В любом случае мы рады, что ты теперь обедаешь с нами, Баки. Кстати, можно я буду тебя так называть? Потому что я, например, в жизни бы не придумал лучшего имени для здоровенного киборга-убийцы.
- Валяй, – говорит Баки.
Стив очень тихо давится спагетти болоньезе - у Киноа сразу взыгрывают защитные инстинкты.
Когда Стиву удается увернуться от любопытных губ ламы у себя на шее, она протискивается между ним и Барнсом, чтобы попробовать его нетронутый салат.
- О, – замечает Брюс. – Ну конечно, как же без этого?
*
Пеппер аккуратно подбирает слова.
- Это… не худшая вещь, которую Тони кому-либо дарил.
- Я помню кролика, – задумчиво произносит Мария, Пеппер вздыхает.
- Мне говорили, что это как с гепардами.
- Гепардами?
- Судя по всему, они очень нервные, так что их часто селят с собаками, чтобы помочь расслабиться. Иначе они не станут размножаться.
- Так нам для этого нужен был Зимний Солдат?
Выражение на лице Пеппер угрожающее, только угол губ приподнимается едва заметно.
- Судя по всему, если гепард видит, что собака не чувствует опасности, то верит, что и ему ничего не грозит.
- И тогда Тони выдал Барнсу ламу. - Мария потягивает джин с тоником. - Благослови боже частную недвижимость.
- Нас ценят за всесторонний подход к вопросу. – Пеппер салютует ей своим мартини.
- Думаю, капитализм не так уж и плох, - фыркает себе под нос Мария. - Если хочешь, я могу продолжать.
Но Пеппер спадает с лица.
- Боже мой. Что это?
Барнс шагает вдоль коридора вплотную к стеклянной стене офиса Пеппер. Он надвигается словно ночной кошмар, мягко и неотвратимо, от него не скрыться. Мария видит острия у него в руках (где он раздобыл столько ножей?) и вытаскивает пистолет.
- ДЖАРВИС, что он?..
- Нет поводов для беспокойства, Мисс Поттс, – говорит ДЖАРВИС спокойно. – Сержант Барнс приобрел себе приспособления для ухода.
- Для себя?
- Боже. – Мария наконец опускает пистолет.
Это скребки. Скребки, пристегнутые к рукам и ощетинивающиеся зубчиками.
- Для расчесывания ламы, – говорит она пораженно.
- О, – откликается Пеппер, не отводя взгляда от Барнса, пока тот не скрывается из виду. И тогда прибавляет: - Выпьем еще?
Мария откладывает пистолет на столик.
- Пожалуй.
*
Вряд ли Сэм узнал бы его без ламы. В остальном Барнс выглядит обыкновенно, в своей джинсовой куртке и непримечательной хипстерской шапке. Он даже убийственную походку сменил, осторожно пересекая частный вестибюль башни.
- Эй, чувак! – окликает Сэм с самой располагающей улыбкой. – Не ожидал вас здесь встретить.
Барнс останавливается, одной рукой придерживая повод. Другая засунута глубоко в карман.
- Ты ведь меня помнишь, да?
Барнс надувается.
- Я не настолько плох.
Сэма разбирает смех, и это, как ему кажется, вызывает у Барнса слабую улыбку.
- А вы? – он кивает на Киноа. – Собираетесь куда-то?
- За покупками, - все, что уточняет Барнс, и Сэм решает с ходу присоединиться.
- Как насчет компании?
- Будешь надзирать?
Сэм уже готов заверить его в обратном, но, глянув еще раз, понимает, что тот скорее иронизировал, чем возмущался. Киноа вдруг ревет по-ослиному, и это не тот звук, который Сэм когда-либо ожидал услышать вблизи. Барнс тянет за повод и все отправляются за ним к выходу в Мидтаун.
Раз уж Барнс его узнал, то Сэм решает, что часть с «извини, что сбросил тебя с хелликериера» можно пропустить, и начинает дружелюбно трепаться. Большей частью о только закончившейся встрече с Тони, и насколько факт, что он лично знаком с Железным Человеком, по правде его все еще нервирует. Барнс все время смотрит прямо перед собой, заставляя жителей Нью-Йорка расступаться перед ними на тротуаре, почище всякой ламы.
Киноа чувствует себя лучше всех. Лама отлично проводит время. Сэму кажется, в ее походке появился особый размах. Впрочем, ламы куда больше, чем думаешь поначалу. Шагают они уверенно, но забыть об их присутствии никак невозможно.
- И он такой: «Я могу отдать их тебе в воскресенье, но дай еще пару дней, и ты будешь подбирать свою челюсть с пола», и я думаю, друг, до тебя они были в разработке шесть лет… Эй! А что.. мы собираемся покупать?
Потому что Барнс резко берет влево на тротуаре, и над дверью магазина костюмов и аксессуаров к Хеллоуину уже звенит колокольчик.
Сэм спешит следом, как раз вовремя, чтобы заметить, как Барнс и парень за кассой обмениваются понимающими кивками. Изнутри магазин просто кишит будущим мусором: дешевыми перьевыми боа, пластиковыми масками президентов и неоновым спреем для волос в количестве, которого хватит перекрасить стадо слонов. Барнс и Киноа проталкиваются мимо целого стенда дешевых костюмов Мстителей, представленных как в детских, так и во взрослых размерах. Сэм огибает, а потом вешает на место большой пластиковый Мьольнир, оставленный кем-то на полу.
Нагнав Барнса с Киноа, он кивает.
- Конечно. Конечно, теперь все понятно.
Ряд с аксессуарами напоминает рог изобилия с подвесками в виде диско-шаров, золотистыми элвисовскими пайетками и яркими бусами Марди Гра. Рука Барнса задерживается над ободком в виде акульего плавника, прежде чем подхватить с полки шляпку в форме кексика.
Киноа с надеждой обнюхивает его левый карман, потом поворачивается к Сэму и прядает ушами. Сэм машет руками.
- Эй, это не я твой папочка, а он.
- Да. Я всегда забочусь о своих девочках. – Барнс щёлкает переключателем, и кексик начинает переливаться пляшущими светодиодными огнями.
Сэм его рассматривает.
- Думаю, вам обоим очень подойдет.
- Мы давно к ней присматриваемся, – говорит Барнс, прикладывая шляпку ламе ко лбу. – Думаю, пора.
*
Из всех обитателей башни Тора меньше всех беспокоит Киноа, привязанная у входа в тренировочный зал.
- Она оставила тебе дар на полу, – сообщает он поднимающимся с матов Барнсу и Наташе.
- Ты уверен, что это она? – уточняет Барнс без выражения, и задыхающаяся раскрасневшаяся Наташа прыскает.
Клинт, только из душа, проходил мимо Тора секунду назад, и теперь слышен в коридоре:
- Ох, лама, нет!
*
- Приходи к нам смотреть фильм, – набирает Тони и жмет отправить.
- Нет, – говорит Брюс в его гарнитуре. – Сколько раз ты вообще смотрел “Скалу”?
- Это не для меня, – отвечает Тони. – Это для Баки Барнса, его необходимо просвещать.
Брюс, судя по изображению, совершенно игнорирует камеру чата в пользу чего-то научного, в чем на вкус Тони слишком много биологии .
- И что он пока думает о фильме?
- Спит на полу. – Тони поправляется: – Если точнее, спит на ламе, и еще на полу.
Это правда. Может взрывы и крики успокаивают его куда больше, чем тишина. (Да, недобрая мысль, но серьезно, кто засыпает посреди боевика?)
- Хотя лама не спит, - прибавляет он, потому что Киноа и правда настороженно выглядывает из-за дивана. Тони вытягивает руку, чтобы сделать селфи Тони и Киноа, и отправляет его Брюсу.
Брюс открывает фото и вздыхает.
- Оставь бедную ламу в покое.
- Я знаю, что делаю. Тип, который мне ее продал, приложил брошюру и прочее.
- И все твои исследования на Ютубе.
Киноа снова прячется за диваном.
- Да, плюс все это.
Брюс уходит из кадра, чтобы взглянуть в микроскоп.
- Ты ведь знаешь, что ламы могут быть очень ревнивыми?
- Думаю, ты сочиняешь.
- Нет, вообще ламы злые.
- А эта милая.
- Я все еще не могу поверить, что ты скинул терапевтическую ламу на этого парня, – вздыхает Брюс. – Не говоря уже о всех нас.
- О, да успокойся. Это была отличная идея. Серьезно, Ледышка-Би сейчас спит как младенец.
- Ты его не видишь, - говорит Брюс. - Он за диваном.
Тони приподнимается.
- Ладно.
- Я не имел… Тони!
Баки Барнс правда пускает слюни в пушистое плечо Киноа. Тони присаживается, чтобы взять его в кадр. Киноа на него хрюкает.
- Это не слишком хорошо прозвучало, – комментирует Брюс у него в гарнитуре.
Она щебечет, тише, но демонстрируя зубы. Ну что за улыбка.
- Все в порядке, – говорит Тони, и срабатывает вспышка.
Барнс действительно в отключке и не двигается. Тони делает еще одно отличное селфи, которое отправилось бы прямиком в инстаграм, не будь Барнс разыскиваемым террористом в 18 странах.
- Мне не нравится, что ты делаешь это без присмотра.
- У меня есть ДЖАРВИС.
Брюс снова вздыхает.
- ДЖАРВИС, тебе не обязательно в этом участвовать.
- Боюсь, у меня нет выбора, Доктор Беннер.
- Помолчите оба. – Тони подкрадывается ближе. Киноа начинает тикать. Звук происходит из какой-то неведомой части ее тела, потрясающе.
- Обожаю, когда на меня давят, – произносит Николас Кейдж на экране.
Самое потрясающее, что фото у Тони получилось. Кто бы знал, почему именно этот конкретный звук затвора разбудил Барнса, а не болтовня старковского калибра и не отличный летний боевик середины девяностых. Впрочем, фото замечательное. Снять с него старую маску клана Футов, и Барнс просто ходячий, а иногда и говорящий кладезь всяких гримас.
Немногим посчастливилось остаться в живых, застав врасплох Зимнего Солдата, чтобы поделиться этой историей, но те, кто смог, прибавили к фото памятку для Мстителей о талантах лам к боданию.
- Мужик, - говорит Клинт Барнсу в скором времени за завтраком, - может, тебе и не требуется собака.
Возможно, Барнс прячет улыбку за кофе.
- Да. Она мое служебное животное.
*
Время от времени Стив предпочитает подниматься к себе по лестнице. Никто больше так не делает, так что подъем может быть отличным способом поразмыслить в одиночестве. Лестничные пролеты - единственное в башне Старка, что не выглядит гладким и высокотехнологичным, плюс они практически бесконечные, лучший шанс не наткнуться на компанию.
Если, конечно, компанией не окажется Баки, который стоит на площадке, обеими руками обняв Киноа за шею и зарывшись лицом в ее мех. Стиву видны только глаза, следящие за ним с подозрением, пока он приближается, в остальном Баки полностью счастливо расслаблен. Киноа под ним переступает с ноги на ногу. На ней пластиковое цветочное ожерелье и шапочка-ананасовый хвостик, покрытая блестками, в духе Кармен Миранды*.
- Ничего не говори, – рычит ему Баки.
Стив хихикает.
- Ни единого слова.
Угол губ Баки приподнимается в улыбке; он отодвигается так, что Стив может его видеть.
- Эй, зацени.
Он выпрямляется, и Стив приподнимает бровь.
- Когда эта фраза заканчивалась чем-то хорошим?
Но Киноа уже заметила, как рука Баки опустилась в карман, и выжидательно глядит, дергая ушами. Стив смотрит, как Баки достает свой вечно полный пакетик мелких морковок и, словно вызов, закусывает одну между передних зубов.
Очень аккуратно, Киноа вытягивает шею и закусывает другой конец морковки, пока Баки не выпускает его для нее.
- Вау, – комментирует Стив. – Твои стандарты действительно рухнули.
- У тебя и такой нет, друг. – Барнс треплет Киноа за лохматые щеки, пока та жует. – Не слушай его, сладенькая, он не разглядит что-то хорошее у себя под носом.
- Не дай остальным услышать, как ты с ней разговариваешь, – усмехается Стив мягко. – Подумай, что будет с твоей репутацией.
Киноа пыхтит и толкает бедро Баки носом, тот прячет морковки за спиной, только губы изгибаются в привычной довольной улыбке.
- Что, Роджерс, решил меня сдать?
Фырканье.
- Куда мне против твоего громилы?
Барнс в ответ смеется.
- Тони, наверное, жалеет, что нас познакомил.
- Не-а, - ухмыляется Стив. – Уверен, что нет.