Work Text:
Оглядываясь назад, Сяо Чжань мог с уверенностью сказать, что все началось в тот момент, когда он впервые заметил на своем концерте в красном море света редкие вкрапления зеленого и желтого. Он почти не удивился. В конце-то концов, красный цвет тоже появился практически без его участия, так что ничего не мешало поклонникам и, в большей степени, поклонницам придумать что-то еще.
После концерта он спросил у своего менеджера — Ван Чжочэна — не знает ли он, что это означает. Тот закатил глаза и посоветовал сильно об этом не задумываться.
— На тебя запал один… боец, — заявил он. — Так что зеленые — это его фанаты, которые пришли оценить, достоин ли ты внимания их любимчика, а желтые — это те, кто вас уже благословил и готов поженить при первой удобной возможности.
— Ого, — Сяо Чжань фыркнул.
Порой такое происходило, но обычно для фанатских теорий, бурлений и создания пейринга Сяо Чжаню нужно было хотя бы с кем-то спеть, поговорить на вручении премии или сняться в одной передаче. Из-за этого с тем же Чжан Исином Сяо Чжань теперь не мог ни сходить поужинать, ни прогуляться по парку. Приходилось делиться опытом в кошачьем родительстве исключительно по телефону.
— А что за боец? — спросил Сяо Чжань.
— Смешанных единоборств… А вообще, займись делом, а? — Чжочэн кивнул на блокнот с ручкой. — Ты обещал новый альбом через год, прошло уже восемь месяцев, а у нас конь не валялся.
— Что я сделаю, если не пишется? — Сяо Чжань тяжело вздохнул.
— Найми автора?
— Ну нет, — он упрямо мотнул головой. — Песни я пишу сам.
— Да, ты очень самостоятельный, — заверил Ван Чжочэн, — но один раз можно и…
— Нет.
— Окей, — Чжочэн выставил перед собой раскрытые ладони в примирительном жесте. — Нет, так нет.
Сяо Чжань прекрасно знал, что это временная передышка. Очень скоро Ван Чжочэн снова придет по его душу и снова заведет этот же разговор.
Альбом, и правда, никак не писался. Слова, которые в прошлый раз так легко лились на бумагу, застревали где-то в голове. Все, что Сяо Чжань написал, казалось ему самому вторичным, косноязычным и бессмысленным. Словосочетание «творческий кризис» вслух еще не звучало, но было очевидно для каждого в его команде. И если Чжочэн выбирал путь прямой конфронтации, то остальные действовали обходными способами. Мэн Цзыи вот недавно принесла список из десяти самых великих книг о любви.
— Слушай, — сказал Ван Чжочэн, но вдруг осекся и поморщился.
— Что?
— Да ничего, — Чжочэн махнул рукой. — Мысль одна в голову пришла. Но я уже понял, что она тупая.
Сяо Чжань фыркнул и все-таки потянулся к блокноту и ручке. Внутри все тут же сжалось. Его первый сольный альбом, созданный без поддержки агентства, стал настолько успешным, что теперь Сяо Чжань не был уверен, что сможет еще раз тот успех повторить. Этот липкий страх опутывал его и не давал даже толком начать работу. Сяо Чжань не знал, как его преодолеть. Но сдаться и согласиться петь чьи-то еще песни… Нет. На это пойти он точно не мог.
*
— Звучит как бред сумасшедшего, — заявила Мэн Цзыи.
Чжочэн пихнул ее плечом в плечо. Они были в шумном ночном клубе, поэтому сидеть на диване приходилось рядышком. Ни он, ни она не были от этого факта в восторге. Пусть со стороны они сейчас вполне походили на парочку, но обсуждали они их совместную проблему, а никак не взаимные чувства. Которых точно не было. Цзыи ему об этом сообщила очень откровенно и официально. Спасибо, что хоть письмо-уведомление на корпоративную почту не прислала.
— Тогда придумай что-нибудь еще, — предложил Ван Чжочэн. — Ну?
— Да блин, — Цзыи поморщилась. — Я уже все попробовала.
— И я. Так что… чем черт не шутит, может и получится.
— Если этот парень не маньяк. И не сталкер. И не придурок.
— За кого ты меня принимаешь? Я все о нем разузнал перед тем, как предлагать! — возмутился Ван Чжочэн.
Еще один «Ван» в их разговоре, присутствующий незримо, был Ваном Ибо. Бойцом смешанных единоборств, чемпионом, немного скейтером, немного блогером и преданным фанатом Сяо Чжаня. Чжочэн проверил — парень лайкал каждую новость, историю, видео или пост, говорил о своей любви в каждом интервью и репостил к себе шипперский фанатский контент любого рейтинга, нисколько не стесняясь своих дружков из ММА. Насколько Чжочэн понял, из-за этого ему пришлось набить несколько нетолерантных физиономий на ринге.
— Но это как-то… — Цзыи замялась. — Я никогда не занималась сводничеством. Тем более в собственных меркантильных интересах!
— Я тоже — Ван Чжочэн вздохнул. — Но другого варианта у нас нет.
— Нет, — согласилась Цзыи.
Они посмотрели друг другу в глаза, и на мгновение Чжочэну показалось, что и потянулись друг к другу тоже. Они вдруг стали ближе, а воздух вокруг стал тяжелым и тягучим, как за секунду до поцелуя. А потом Цзыи отшатнулась и отвернулась. Она изящным движением поправила волосы.
— Ты прав. Если все получится, с новым альбомом все будет в порядке. Чжань-гэ лучше всего пишет о собственных чувствах.
Ван Чжочэн цокнул языком и кивнул.
— Вот только… — продолжила Цзыи, — нельзя просто, ну, не знаю, познакомить их на вечеринке. Нужно, чтобы к моменту знакомства, Чжань-гэ тоже уже этим твоим Ван Ибо заинтересовался. Чтобы у него не сложилось впечатления, что его преследует сталкер. Про это, конечно, тоже можно написать песню, но…
Она задумчиво уставилась в пустоту с нечитаемым выражением лица, как домашняя кошка. У Чжочэна что-то кольнуло в груди. Он почти протянул ладонь, чтобы убрать сбившуюся прядь волос с ее лица.
— Чжань-гэ уже спрашивал про зеленые и желтые лайтстики на концертах, я могу снова об этом…
— Нет, — резко сказала Мэн Цзыи. — Это будет слишком подозрительно.
— Тогда что ты предлагаешь?
На губах Цзыи расцвела нежная улыбка, не предвещающая ничего хорошего.
*
Интервью прошло замечательно. Большинство журналистов не выходили за рамки более-менее привычных вопросов, так что Сяо Чжаню еще в первый год надоело рассказывать, где он вырос, где учился и как именно складывался его «творческий путь». Подход Сюань Лу был намного интереснее.
Сяо Чжань даже на мгновение забыл, что дает интервью, а не просто болтает с приятной собеседницей.
— Спасибо за беседу, господин Сяо, — улыбнулась она в самом конце. — Знаете, я ведь совсем недавно брала интервью у Ван Ибо, и он минут двадцать говорил только о вас. Тогда мне это показалось немного странным, но теперь я вижу, что у него был повод для восхищения.
— Ван Ибо? — Сяо Чжань нахмурился. — А кто это?
Сюань Лу рассмеялась.
В официальное интервью этот кусок не вошел, но кто-то все равно слил его, разместив в социальных сетях.
*
— Че ты так радуешься, он ведь даже твое имя не знал, — Чо Сынён закатил глаза.
— Но теперь знает! — Ван Ибо сиял. Если бы прямо сейчас отключили электричество, он смог бы осветить собой весь тренировочный зал и пару соседних помещений.
— И как это тебе поможет? — Сынён фыркнул. Скептицизма в нем хватило бы на троих среднестатистических людей.
— Еще не знаю. Но теперь я своими ушами слышал, как сладко звучит мое имя на его… — Ван Ибо увернулся от летящей в него перчатки и закончил с мечтательной улыбкой: — карамельных устах!
— Откуда ты вообще это слово знаешь? — возмутился Чо Сынён. — «Устах», тоже мне придумал!
— Из словаря, — уведомил его Ван Ибо. — Я так-то еще и умный.
— Ну да, ну да, — Сынён снова закатил глаза, словно это упражнение входило в его личный план тренировок. Три подхода по десять закатываний глаз в одном разговоре с Ван Ибо, при необходимости — повторить. — Был бы умный, не втрескался бы в айдола. Говорю тебе — сходи на свидание, найди себе уже парня и живи счастливо.
— Не-а, не вариант, мне нужен только Чжань-гэ.
— Ну и придурок!
Чо Сынён взвизгнул, когда Ван Ибо шагнул к нему, а потом рванул в сторону. Какое-то время они просто бегали вокруг ринга и ржали как кони, а потом, когда дыхалка окончательно сбилась от смеха, начали ходить и кидать друг в друга все, что под руку подвернется. Но их главная ошибка в этой ситуации заключалась в том, что оба они увлеклись и не заметили вошедшего в зал тренера.
И когда очередная перчатка не улетела в стену, а ударила тренера в широкую грудь, отскочила и шмякнулась на пол, Чо Сынён и Ван Ибо замерли с одинаково перепуганными лицами. Как два детсадовца.
— Ой, блядь, — сказал Сынён.
Тренер тяжело вздохнул. А потом начал орать.
*
Самым главным в жизни Ван Ибо был режим. Чтобы тело работало как машина, нужно было ложиться и вставать в одно время изо дня в день, хорошо питаться, следуя указаниям врача-диетолога, и тренироваться, тренироваться, тренироваться.
В предрассветных сумерках на пробежку с Ван Ибо выходил еще и Сяо Чжань, пусть и только в виде голоса в наушниках. Он был с Ван Ибо зимой, когда каждый вздох холодил внутренности, а изо рта с каждым выдохом вырывался пар. Был весной с ее свежей зеленой травой и первыми нежными бутонами. Был удушающе жарким летом и дождливой осенью. Сопровождал его и когда весь город окутывал плотный туман, капельками влаги оседая на волосах и одежде, и когда асфальт плавился от жары и прилипал к подошвам беговых кроссовок.
Ван Ибо хорошо помнил, как услышал Сяо Чжаня впервые. Он поднимался по лестнице поздним вечером после школы, тренировки и подработки в кафе, и наткнулся на стайку девчонок. Они перекрывали проход, столпившись вокруг Сяоцин, тринадцатилетней соседки Ван Ибо, и возбужденно попискивали и хихикали. Ван Ибо глянул поверх их голов и обнаружил, что они смотрят клип какой-то попсовой группы, и уже собирался разогнать девиц, чтобы пройти, когда солист открыл рот и начал петь. И Ибо пропал. Застыл, как полный придурок, жадно вглядываясь в экран.
— Это кто? — хрипло спросил он, когда песня закончилась.
Девчонки подпрыгнули и взвизгнули от неожиданности, а Сяоцин еще выругалась такими словами, что не должна была ни знать, ни использовать.
— Так кто это? — снова спросил Ван Ибо, когда страсти улеглись.
— Дурак, — заявила Сяоцин. — Это новая группа, X-NINE, они только что дебютировали и…
— Нет, я про него, — Ван Ибо ткнул пальцем в экран, где застыло на паузе немного смазанное изображение солиста.
— А. Это их главный вокалист, Сяо Чжань. Правда, он красавчик? Выйду за него замуж, когда вырасту! — сообщила Сяоцин.
— Обойдешься, — хмыкнул Ван Ибо и прошел мимо девчонок.
— Чего это?! — возмутилась Сяоцин ему вслед.
Ван Ибо махнул рукой и не стал говорить, что ей ничего не обломится, потому что он только что решил, что замуж Сяо Чжань совершенно точно выйдет за него самого. Ван Ибо и Сяо Чжань — чудесно же звучит, да?
*
Конечно же, Сяо Чжань погуглил. Теперь, когда ему было известно имя Ван Ибо, найти про него информацию не составило особого труда.
Примерно через десять минут Сяо Чжань уже в общем и целом узнал историю его жизни, а через двадцать кликнул по выложенной на вэйбо записи недавно прошедшего поединка и… очнулся только когда видео закончилось. И кликнул по следующей предложенной ссылке.
А ведь Сяо Чжань не любил смотреть спортивные соревнования в целом и никогда не интересовался единоборствами в частности. До этого дня его самое близкое прикосновение к миру боевых искусств случилось, когда каскадеры на съемках клипа изобразили бурную драку в баре.
То, что Сяо Чжань увидел на экране ноутбука, находилось на совершенно другом уровне. Внутри все дрожало от напряжения, он чувствовал и силу ударов, и профессионализм соперников. Ван Ибо был похож на хищного зверя — такой же лениво-уверенный и тягучий. Он контролировал бой от начала до конца и не пропустил ни одного удара. Сердце Сяо Чжаня подпрыгнуло в груди, когда противник кинулся в атаку. На секунду захотелось закрыть глаза ладонями, как в детстве, когда в фильме показывали страшный момент.
— Ого, — голос Мэн Цзыи раздался у Сяо Чжаня прямо над ухом. Он подпрыгнул и машинально захлопнул крышку ноутбука. — Ты чего? Я же тебя не за просмотром порно поймала. Хотя… два разгоряченных парня на видео присутствовали.
Цзыи хмыкнула. В ее глазах плясали бесенята.
Сяо Чжань вздохнул, чувствуя, как обожгло жаром щеки и шею, и напомнил самому себе, что ему нечего было стыдиться.
— Не знала, что ты фанат, — Мэн Цзыи ласково улыбнулась, и Сяо Чжань поежился. Исходя из его обширного опыта, улыбочка эта была предзнаменованием проблем на его задницу. Именно с ней в прошлом месяце Цзыи отправила его в «Счастливый лагерь», участвовать в самых дурацких конкурсах в истории человечества.
— Я просто… — Сяо Чжань осекся и кашлянул. Рассказывать о том, что он просто рыл информацию о человеке, который в каждом своем интервью признавался в своей любви к нему самому, было как-то… эгоцентрично? Черт.
— Да я шучу, — махнула рукой Мэн Цзыи. — Так-то мне пофиг. Если только ты не рассматриваешь единоборства в качестве нового хобби. Тогда я решительно против. Твоя мордашка слишком дорого стоит, чтобы подставлять ее под чей-то кулак.
— Я точно не ищу новое хобби, — с облегчением сказал Сяо Чжань.
— Супер, — Цзыи снова улыбнулось.
Что-то царапнуло на краю сознания, а на затылке инстинктивно встали дыбом волоски, но Сяо Чжань решил это проигнорировать. Чем меньше он знал про ужасные мысли, что днем и ночью крутились под этой восхитительной укладкой и красивым личиком, тем лучше было для его неокрепшей психики.
*
— А вот и она, — сказала Мэн Цзыи и привстала. Отчаянно замахала рукой, пытаясь привлечь внимание девушки, пробиравшейся сквозь толпу. — Эй, Лу-Лу, давай сюда!
Сюань Лу заметила их и помахала в ответ.
Ван Чжочэн был с ней знаком только в профессиональном смысле — как с потрясающим интервьюером. Мэн Цзыи же историю зарождения их с Сюань Лу крепкой дружбы рассказывать отказалась наотрез.
— Знакомьтесь. Лу-Лу, это Ван Чжочэн, Чжочэн, это Сюань Лу, — быстро сказала Цзыи, а потом восхищенно посмотрела на подругу и заявила: — Лу-Лу, ты просто великолепна.
Сюань Лу приветливо кивнула Чжочэну и очаровательно улыбнулась.
— Ну а теперь ты расскажешь мне, зачем я все это так великолепно сделала? — спросила она.
— Ради счастья всех преданных фанатов Сяо Чжаня. И лично моего материального благосостояния.
Сюань Лу звонко рассмеялась и покачала головой.
— Ничего не понятно, но очень интересно, — сказала она, а потом посмотрела на Чжочэна. — Точно ради счастья всех фанатов?
— Сто процентов, — кивнул он.
— И за это надо выпить! — заявила Мэн Цзыи. — И за то, чтобы вторая часть нашего плана прошла так же успешно!
— Есть и вторая часть? — рассмеялась Сюань Лу.
— И третья тоже!
— А в третьей-то что? — удивился Ван Чжочэн. Он знал только про вторую, да и то не во всех подробностях.
— О-о-о, — протянула Цзыи с нехорошей улыбочкой. — Тебе понравится!
Чжочэн решил, что передумал. Он не хотел ничего об этом знать. Меньше знаешь — крепче спишь! И меньше можешь рассказать на допросе.
*
— Серфинг? — Сяо Чжань округлил глаза. — Ты вообще можешь представить меня на доске? Меня? На доске? Да я же убьюсь и утону. Или меня акула сожрет.
— Тебе не обязательно вставать на доску, — сказал Ван Чжочэн. — Ты будешь ведущим — хозяином гостевого дома. Надо будет всем улыбаться, подливать чай и вести разговоры о жизни. У тебя это хорошо получается.
— Чжочэн, то, что ты однажды напился и вывалил на меня историю ваших с Цзыи передружбы-недоотношений во всех подробностях, не означает, что я умею разводить людей на задушевные беседы.
— Умеешь, — махнул рукой Ван Чжочэн. — У тебя очень приятное лицо. Так и хочется… поделиться. Короче, Цзыи уже договорилась. Если ты против, сам ей об этом скажи.
— Ну уж нет, я же не бессмертный заклинатель в белых одеждах, — Сяо Чжань закатил глаза. — Хотя в случае Цзыи даже заклинатель бы…
— Зассал, — подтвердил Ван Чжочэн.
— Точно серфинга не будет?
— Только если ты сам захочешь.
— Если я утону, буду приходить к тебе призраком, — пообещал Сяо Чжань. — И заливать соседей снизу!
Ван Чжочэн закатил глаза.
*
— Не понял, — сказал Чо Сынён. — Реально, что ли?
— Сам в шоке, — кивнул Ван Ибо, продолжив прыгать через скакалку.
В мире шоу бизнеса о спортсменах вспоминали только в дни чемпионатов или олимпиад. Никогда еще в обычную среднестатистическую среду в кабинете тренера не раздавался телефонный звонок с предложением, от которого невозможно было отказаться. По крайней мере, тренер так ему и сказал: «Нельзя было отказаться, Бо-ди, это такой шанс заявить о себе!».
Ван Ибо сначала попытался технично с этой темы съехать, предложив отправить вместо себя того же Сынёна. Или Джексона. Или даже Чжэханя, вот уж кто с удовольствием принял бы участие в любой передаче.
Но тренер покачал головой и сказал: «Они попросили тебя».
А потом и вовсе произнес волшебное слово. Ван Ибо был готов поклясться, что воспарил над этой бренной землей сразу же, как только его услышал.
— Прям реально твой Сяо Чжань? Живой? — продолжал допытываться Чо Сынён. — В смысле, не на экране? Вот прям реально реальный?
— Ага, — снова кивнул Ван Ибо. Он все еще не мог поверить своему счастью.
— Да ладно, — Сынён покачал головой, а потом сощурил глаза. — Ты душу демону продал на перекрестке, что ли? Скажи, на каком!
— Иди ты, — Ибо фыркнул.
— О-о-о, — протянул Чо Сынён. — Я щас понял, что ты будешь позориться на всю страну. Это ведь точно все будут смотреть. И все увидят, как ты с тупым лицом пускаешь слюни на их любимого айдола. Как говорится, удачи выжить. Девчонки тебя затопчут.
Ван Ибо остановился, перестав прыгать. Это было ужасно признавать, но в словах Сынёна был смысл. А у Ибо был шанс опозориться на всю страну, потому что Сяо Чжань был слишком великолепен.
— Вот блин.
— А я о чем! — поддакнул Чо Сынён. — Порепетируй перед зеркалом, что ли. Тема дня «как не прослыть маньяком, встретив любовь всей своей жизни». Хотя, они же знают, что ты повернут на Сяо Чжане. Может, специально позвали, чтобы ты… эм… опозорился?
— Че ты несешь? — Ван Ибо мотнул головой.
— Ну а что! — Сынён замахал руками, доказывая свою точку зрения. — Лето, солнце, море, пляж и серфинг — идеальный сеттинг для романтической истории! И они позвали на шоу тебя — человека с крашем на ведущего размером с луну. Да еще и не просто гостем на одни выходные, а помощником! Тебя! Уверен, что они могли бы и кого-то получше найти на эту должность. Ну типа — с опытом работы ведущим. Или с опытом в серфинге.
— У меня есть опыт в серфинге.
— Да, но не настолько впечатляющий, как у того же Линь Исиня, или Сюй Чиншэня, или…
— Я понял.
— Короче, я ставлю на то, что у вас по сюжету шоу будет романтическая линия, — заявил Чо Сынён и радостно захлопал в ладоши.
Ван Ибо не мог разделить с ним это чувство. Он был против того, чтобы его отношения с Сяо Чжанем — пофиг, романтические или дружеские, — были продиктованы исключительно сюжетной линией шоу.
Но, с другой стороны, шоу было шансом Сяо Чжаня по-настоящему узнать. А упускать шансы Ван Ибо не привык.
*
— Я чувствую себя как-то…
Подобрать правильные слова Ван Чжочэн не смог, поэтому просто неопределенно махнул рукой, предоставив Цзыи возможность додумать самостоятельно.
— Это вообще-то ты придумал, — буркнула Мэн Цзыи. — К тому же сейчас уже слишком поздно сдавать назад.
— Да знаю я, — вздохнул Чжочэн. — Как думаешь, у нас в итоге останется работа?
— Зависит от того, насколько тщательно ты проверял этого…
— Кого? — спросил Сяо Чжань.
И Чжочэн, и Цзыи одинаково подпрыгнули на месте и вытаращили на него глаза.
— Вы сейчас на Орешек похожи, — хмыкнул Сяо Чжань. — У нее точно такое же выражение морды, когда я ее за потрошением мусорного ведра застаю.
— Ну спасибо, — закатила глаза Мэн Цзыи. — Хорошо, что твои поклонницы никогда не узнают, что ты просто мастер подбирать комплименты.
— В этом и заключается твоя работа, — кивнул Сяо Чжань. — Никто не должен об этом узнать. Так кого вы с Чжочэном потрошите?
— Никого, — сказал Ван Чжочэн.
— Твоего будущего коллегу, — заявила Мэн Цзыи. — Молодой, симпатичный. Спортом занимается. Я считаю, что тебе нужно попросить его позаниматься с тобой серфингом, а а-Чэн боится остаться без работы после твоей трагической кончины. Совсем в тебя не верит.
Чжочэн снова не нашел нужных слов, но теперь исключительно из-за возмущения.
— Я согласен с а-Чэном, — рассмеялся Сяо Чжань. — А как зовут моего будущего коллегу расскажешь? Или это сюрприз?
— Рассказала бы, — на губах Мэн Цзыи расцвела хитренькая улыбка, — если бы не хотела посмотреть, как ты офигеешь. Посмотреть хочу, так что…
— Чжочэн, — Сяо Чжань перевел взгляд на него, — у меня столько вопросов к твоему выбору женщин.
Ван Чжочэн тяжело вздохнул и молча пошел в сторону лифта.
*
Ван Ибо совершенно не ожидал, что любовь всей его жизни, увидев его впервые, подавится, закашляется, споткнется, уронит бутылочку с водой на пол и так сильно покраснеет, что станет похожим на наливное яблочко.
Но все это совершенно точно произошло.
— Ого, — сказал Ибо, немного смутившись. — Ты в порядке?
Сяо Чжань продолжал кашлять. На его глазах выступили слезы, и от этого вида в груди Ван Ибо что-то сжалось и взорвалось одновременно.
— В порядке, — хрипло выдавил Сяо Чжань. — Прости, я просто… это от неожиданности. Не ожидал тебя увидеть.
— Ты меня знаешь? — удивился Ван Ибо.
— Ну… — сказал Сяо Чжань и очень неопределенно махнул рукой.
— Гуглил после того, как тебе про меня рассказали на интервью? — уточнил Ван Ибо с тщательно скрываемым восторгом. Если бы он мог, начал бы подпрыгивать и хлопать в ладоши прямо сейчас. Контролировать этот порыв, вроде как, удавалось, но вот его губы все равно стремились разъехаться в улыбку чеширского кота.
Сяо Чжань отвел взгляд. Потом вздохнул. Потом — господи, Ван Ибо обведет этот день в календаре и будет отмечать так же пышно, как любой национальный праздник: с салютом, парадом и концертом на площади! — кивнул.
— Я очень любопытный человек, — сказал Сяо Чжань. — Это один из множества моих недостатков.
— У тебя нет недостатков, — заявил Ван Ибо, на секунду забывшись. Мысленно он тут же отвесил себе звонкую оплеуху в отчаянной попытке вернуться к нормальности. — В смысле, любопытство — это не недостаток. Благодаря ему были совершены все открытия на земле.
Сяо Чжань рассмеялся, и у Ибо в груди разлился медовый океан. Как ужасно жадный человек, он тут же захотел слушать этот смех каждый день до конца своей жизни.
— Блин, вы уже познакомились? — спросила девушка из команды Сяо Чжаня, появившись у него из-за спины. — Вот черт.
— Цзыи, я убью тебя, — пообещал ей Сяо Чжань шепотом.
— Ага, ага, — девушка закатила глаза, а потом посмотрела на Ван Ибо. — Ну привет.
*
Сяо Чжань чувствовал на себе взгляд Ван Ибо как прикосновение.
И обычно ему такое пристальное внимание не казалось приятным, но… на Ван Ибо ему тоже хотелось смотреть. И он кидал на него вороватые взгляды искоса и краснел. Так краснел, что Ван Хань — единственный опытный телеведущий в их команде — несколько раз спросил, уверен ли Сяо Чжань, что хорошо переносит острую еду.
— Все в порядке, — снова сказал ему Сяо Чжань и решил, что нужно срочно перевести тему. — Надеюсь, что вы возьмете нас в ученики и поделитесь опытом.
Ван Хань широко улыбнулся и похлопал сидящего рядом с ним Ван Ибо по плечу.
— Не переживайте. Уверен, что вы со всем великолепно справитесь. Это ведь не на ринг выходить, да?
— Гуглили нас? — спросил Ван Ибо, обращаясь к Ван Ханю. Но щеки Сяо Чжаня все равно начали гореть. — Точнее меня. Чжань-гэ уже приходил к вам на шоу, да?
— Было дело, — бодро кивнул Ван Хань. — Гуглил, конечно же. Должен же я был понять, во что ввязываюсь. И вы меня весьма впечатлили, молодой человек.
Ван Ибо снова посмотрел на Сяо Чжаня. Как раз в тот момент, когда он кивал словам Ван Ханя, подтверждая их правоту. И Сяо Чжань снова почувствовал, что краснеет.
— Супер, — широко усмехнулся Ибо.
*
— Думал, что это я буду краснеть, смущаться и говорить невпопад, — поделился Ван Ибо.
Сяо Чжаня он подкараулил у домика рано утром, сделав вид, что только вернулся с пробежки. На самом деле разминаться под окнами ему пришлось добрые двадцать минут.
— Наверное, так бы и было, если бы я не провел последние несколько недель смотря твои бои, — со вздохом признался Сяо Чжань. И добавил, снова смутившись: — Все твои бои, что есть в сети.
— Даже тот, где мне четырнадцать? — уточнил Ван Ибо.
— Даже тот, где тебе четырнадцать, — подтвердил Сяо Чжань.
— Ого.
— Да. В общем, я совершенно не ожидал увидеть тебя вживую, потому что мои сотрудники… — Сяо Чжань тяжело вздохнул и посмотрел на бескрайнее голубое небо с выражением искренней тоски. — Гиены неблагодарные.
— Они офигенные, — сказал Ван Ибо. — Люблю их всех сердцем.
— Тогда забирай, — Сяо Чжань закатил глаза. — Хотя нет, подожди. Не уверен, что ты с ними справишься.
— Я? — возмутился Ван Ибо. — Ты точно смотрел мои бои?
— Справишься без применения физического насилия, — тут же уточнил Сяо Чжань. — Хотя…
— Если хочешь, я могу помочь тебе им страшно отомстить, — предложил Ван Ибо. — Что их пугает сильнее всего?
Сяо Чжань рассмеялся в ответ.
— Я подумаю, — пообещал он.
*
По сюжету шоу в гостиницу на уединенном пляже в тропическом раю на выходные приезжали четверо известных гостей — представителей шоу-бизнеса, спорта, бизнеса и искусства — чтобы научиться серфингу и найти баланс между славой и спокойствием.
Сяо Чжань играл роль радушного хозяина гостиницы, Ван Ибо помогал с обучением катанию на доске, а Ван Хань отвечал за проведение челленджей и испытаний.
Вот только первая четверка гостей едва не передралась на первом же ужине, не сойдясь во мнении по вопросу внутренней политики.
— Интересно, нас закроют или посадят, — пробормотал Сяо Чжань, когда всех удалось немного примирить и развести по комнатам.
У костра под звездным небом остался он, Цзыи и два человека с фамилией Ван — Ибо и Чжочэн.
— Зависит от того, как хорошо монтажер умеет вырезать и склеивать, — закатила глаза Цзыи и щедро налила всем в пластиковые стаканчики порцию алкоголя. — Был момент, когда я подумала, что Ван Ибо этого гандона сейчас в нокаут отправит.
— Мне очень хотелось, — кивнул Ибо.
— Спасибо, что сдержался, — искренне поблагодарил Чжочэн. — Нас бы точно посадили.
— Зачем его вообще пригласили? — спросил Сяо Чжань.
— Человек решил, что хочет быть ближе к народу, — фыркнула Цзыи и одним махом влила в себя остаток алкоголя из стакана. — Главное еще завтрашний день пережить.
— У нас случайно не запланирована полоса препятствий с ямой из грязи? — с надеждой спросил Сяо Чжань.
— Если что, я сам готов эту яму вырыть, — предложил Ван Ибо.
— Да ну вас, — Цзыи закатила глаза. — Это шоу про серфинг, так что все будут чистенькие. Но если ты его акуле скормишь, я не сильно расстроюсь.
— Сделаю все, что будет в моих силах, — пообещал Ван Ибо.
И Сяо Чжань пихнул его в плечо, чтобы перестал говорить глупости.
*
Чжочэн и Цзыи ушли, сделав вид, что они не вместе. Последние минут тридцать они так выразительно переглядывались, что Сяо Чжаню становилось немного неловко. Он будто ромком смотрел. Причем без возможности его перемотать или выключить.
— Они же встречаются, да? — спросил Ван Ибо.
Сяо Чжань хихикнул, покачав головой:
— Говорят, что их связывают исключительно профессиональные отношения.
— Пиздежь, — заявил Ван Ибо и поднялся на ноги, протянув Сяо Чжаню ладонь.
— Совершенно с тобой согласен, — он кивнул и сжал его руку. От резкой смены кадра мир вокруг покачнулся и поплыл. Пить сегодня, конечно же, было ошибкой, но расплата за нее придет только завтра утром, так что пока можно было эту проблему игнорировать. — Думаю, что они все подстроили.
— Что подстроили? — Ван Ибо вскинул брови. Сяо Чжань чувствовал исходящий от него жар.
— Тебя. Чтобы мы встретились.
— Зачем им это?
— Они хотят, чтобы я влюбился и снова начал писать песни. У меня ведь этот… как его? Творческий кризис. Полный застой. Полный пиздец.
— Ты не можешь писать? — теперь между бровей Ван Ибо пролегла взволнованная морщинка. Сяо Чжаню захотелось разгладить ее пальцами.
— Не написал ни строчки за последний год.
— И они думают, что тебя спасет сила моей любви?
— Ага. Ну, точно я не знаю, но я на девяносто девять целых и девяносто девять сотых процентов уверен, что именно такой и был план.
— О. А я думал, что меня позвали, чтобы я смотрел на тебя влюбленными глазами в кадре. И я, если что, смотрел. Так что не удивляйся, если у нашего пейринга появятся поклонники.
— Они и так уже есть, — махнул рукой Сяо Чжань. — Ты смотрел на меня влюбленными глазами?
— Как еще на тебя можно смотреть?
Сердце Сяо Чжаня пропустило удар, а потом бешено забилось в груди. Взгляд Ван Ибо был внимательным и влюбленным. Захотелось обвести пальцами его лицо, а потом… Сяо Чжань мотнул головой и отвел глаза.
— Ты просто влюбился в идеальную картинку, — сказал он. — Такое бывает. Если бы ты узнал меня получше, ты бы понял, что сценический образ и я настоящий бесконечно друг от друга далеки.
— Думаешь, что если я боец, то совсем тупой? — спросил Ван Ибо.
От неожиданности Сяо Чжань споткнулся на ровном месте.
— В каком смысле? — удивился он.
— Я способен различить сценический образ от живого человека. И мне нравишься ты. Понравился бы, даже если бы был баристой в ближайшей кафешке, продавцом в супермаркете или массажистом. Хотя… ладно, признаюсь честно, массажистом ты бы понравился мне намного больше. У тебя такие руки красивые, я хотел бы почувствовать их на своей ко…
Сяо Чжань заткнул его, зажав ладонью рот. Щеки его снова пылали от смущения.
— Ты меня не знаешь, — сказал он.
Ван Ибо накрыл его ладонь своей, а потом прикоснулся губами к внутренней стороне. И широко улыбнулся.
— Тогда позволь мне тебя узнать. Я ведь тебе тоже нравлюсь, так давай сходим на свидание, как нормальные люди.
— Мы на шоу, — сказал Сяо Чжань. — Тут некуда идти.
— Я что-нибудь придумаю, — пообещал Ван Ибо. — Если ты согласишься.
Сяо Чжань на мгновение замер. Здравый смысл кричал, что он должен отказаться, но… ему хотелось узнать Ван Ибо. Хотелось пойти с ним на свидание. Впервые за долгое время кто-то зацепил его настолько.
— Хорошо, — прошептал он, а потом сказал громче. — Хорошо. Я согласен. Давай сходим на свидание.
*
Телефон Ван Ибо разрывался от сообщений. Парни из зала подошли к заданию ответственно и продолжали генерировать идеи для романтических ухаживаний на съемках, организовав мозговой штурм в общем чате. Не все идеи были хорошими, а некоторые и вовсе вызывали опасения, но Ибо умилял всеобщий энтузиазм.
Сам он решил, что просто будет делать все, чтобы видеть улыбку Сяо Чжаня как можно чаще. И тогда все у него точно получится.
*
— Почему у тебя такое недовольное выражение лица? — спросила Мэн Цзыи.
Сяо Чжань стоял на крыльце главного домика, глядя вслед съемочной команде и гостям — очередные новички последовали на пляж, чтобы вдоволь нахлебаться соленой воды и унижения. В руках он сжимал цветочек, который пару минут назад украдкой сунул ему Ван Ибо, стараясь не спалиться перед камерами.
— Физически не могу признать вашу с Чжочэном правоту, — сказал Сяо Чжань. — Аж тошнить начинает, как подумаю, что надо было сразу прислушаться к вашим советам.
— О, — Цзыи хмыкнула. — Неужели мы наконец-то сдвинулись с мертвой точки?
— Я написал песню.
— Серьезно? — Мэн Цзыи уставилась на него с таким забавным выражением лица, что Сяо Чжаню захотелось рассмеяться.
— Серьезно, — выдохнул он.
— Про сталкера-извращенца? — уточнила Цзыи после секундной паузы.
— Про судьбу и невидимую нить, соединяющую души.
— О, — Мэн Цзыи кивнула. — Тогда хорошо.
— Признайся честно, тебя бы даже песня про сталкера устроила, — хмыкнул Сяо Чжань.
И совершенно не удивился тому, что Мэн Цзыи широко улыбнулась в ответ.
*
Сяо Чжань пропустил всех вперед — и гостей, и коллег — а потом обхватил пальцами запястье Ван Ибо, удерживая его на месте.
Тот повернул голову и уже открыл рот, чтобы спросить, все ли в порядке, и Сяо Чжань решился. Действовал он быстро — на раз шагнул ближе, на два прижался губами к чужим губам, а на три отстранился и пошел вперед. Его уши и шея горели огнем.
Ван Ибо остался стоять посреди коридора с ошарашенным выражением на лице. А потом бросился его догонять.
*
Под столом их ноги касались друг друга. Ван Ибо понятия не имел, что обычное прикосновение сквозь два слоя одежды, пусть и довольно тонких, может его настолько отвлекать. Он даже отвечать на вопросы начал невпопад.
Сяо Чжань держался куда лучше, сразу было видно — айдол и профессионал. Он что-то говорил, и кивал, и поддерживал разговор, и только красные кончики его ушей могли рассказать о его чувствах.
Ван Ибо пытался смотреть на него не слишком часто. Он все прокручивал в голове их мимолетный поцелуй в коридоре. Прикосновение все еще горело на его губах, огоньки от него расходились по всему телу, чтобы устремиться вниз живота. Хотелось встать, взять Сяо Чжаня за руку и потянуть за собой. Утащить в номер, чтобы поцеловать по-настоящему.
Чтобы целовать до самого утра.
Ему не стоило этого делать. Все-таки у Сяо Чжаня была репутация, а вокруг было слишком много людей. Кто-нибудь обязательно бы их увидел, снял на камеру телефона и выложил в социальных сетях.
А Ван Ибо не хотел, чтобы их отношения пережили пристальное внимание общественности сейчас — едва успев начаться.
*
— Ни за что, — сказал Сяо Чжань.
— Да ладно тебе, я обещаю, что буду рядом.
Ван Ибо улыбался ему, излучая железобетонную уверенность. Его фотку сейчас можно было размещать в словаре под словом «надежность». И умом Сяо Чжань понимал, что ничего страшного от того, что он встанет на доску, не случится. Чисто технически Сяо Чжань просто не дотянет по уровню до этого страшного — его уделом будет минут двадцать поплескаться на мелководье, а не тонуть в бескрайнем океане.
Вот только понимание этого факта не оказывало никакого влияния на уровень его тревожности.
— Нет, — повторил он.
— Ну пожалуйста, — Ван Ибо умоляюще сложил ладони перед собой. — Хочу посмотреть на тебя в гидрокостюме.
— … Нет.
— Прозвучало уже не так категорично, — довольно кивнул Ибо. — Как насчет того, что ты тоже сможешь посмотреть на меня… без гидрокостюма?
Сяо Чжань сглотнул. Его взгляд сам по себе, без участия сознания и здравого смысла, скользнул по телу Ван Ибо, созданному ценой изнурительных тренировок.
— Может, просто тут разденешься? — предложил он.
Ван Ибо захохотал в голос, а потом все равно потянул Сяо Чжаня в сторону пляжа.
*
Волна сбила Сяо Чжаня с ног и накрыла с головой, но нырнувший следом Ван Ибо не дал ему сразу подняться на поверхность. Наоборот, он притянул Сяо Чжаня ближе и поцеловал прямо под водой.
— Вот блин, — сказал Сяо Чжань, когда они все-таки вернулись на твердую землю. — Придется теперь писать песню про русалку.
Ван Ибо фыркнул. Солнце плясало на его загорелой коже, капельки морской воды блестели на груди и плечах, и Сяо Чжаню вдруг захотелось их слизать.
*
Когда съемки кончились, все попрощались со всеми, Сяо Чжань уже уехал, а Ван Ибо пока остался, его вдруг охватил страх.
Да, между ними были все эти прикосновения, поцелуи, признания и взаимный интерес, но… все это было скорее похоже на курортный роман. А курортные романы заканчивались ничем — стоило только вернуться в привычный мир, далекий от тропического рая, как все бурные чувства стихали. Оставались в воспоминаниях и фотографиях и… Ван Ибо понял, что застыл посреди своей комнаты. Его ладони были так крепко сжаты в кулаки, что ногти врезались в кожу, оставляя след.
А потом он услышал вибрацию телефона и шагнул к кровати, на которой тот лежал.
В сообщении от Сяо Чжаня был адрес. И время, в которое Ван Ибо должен был к нему прийти.
*
Сяо Чжань втянул Ибо в квартиру, схватив за ворот худи спереди. Не то чтобы Ван Ибо этому сопротивлялся. Наоборот — впервые в жизни поддался с радостью, захлопнул за собой дверь и позволил себя к ней прижать. Зрачки у Сяо Чжаня были расширены, как у кота следящего за добычей, и по коже Ван Ибо побежали мурашки. Он положил ладони на его талию, из вежливости не спустив их на задницу, и притянул Сяо Чжаня ближе, так что их носы соприкоснулись.
— Привет.
— Ты опоздал.
— Приехал на пятнадцать минут раньше и стоял под дверью.
Сяо Чжань вздохнул и подался ближе. Замер в миллиметре от поцелуя и спросил:
— Хочешь сначала поужинать?
Ван Ибо тут же решил, что он издевается. О каком ужине могла идти речь, если он прямо сейчас держал в объятиях свою ожившую мечту? Свой мираж в пустыне, обернувшийся реальностью из плоти и крови.
— За кого ты меня принимаешь? — возмущенно спросил Ибо.
И Сяо Чжань рассмеялся.
Их первый поцелуй, не сорванный на бегу и украдкой, случился сразу после — с улыбками и тихим смехом, похожий на встречу после долгой разлуки. Ван Ибо погладил ладонями спину Сяо Чжаня, а потом одну положил на затылок, зарываясь в мягкие волосы, а вторую оставил на талии. Прижался еще ближе, чтобы непонятно было со стороны, где они начинаются и заканчиваются.
— Спальня? — выдохнул Сяо Чжань в его губы.
— Ущипни меня, — попросил Ван Ибо. — Ну что ты смеешься, я тебе клянусь, что уже видел точно такой же сон.
— Дурак, — с улыбкой сказал Сяо Чжань. И взял Ван Ибо за руку, потянув за собой.
*
При всем своем живом воображении Ван Ибо никогда по-настоящему не думал, что может оказаться здесь — перед Сяо Чжанем. Не думал, что сможет целовать его и раздевать. Что услышит, как Сяо Чжань сладко вздыхает, если одновременно втянуть нежную кожу на его шее в рот, оставляя засос, и накрыть ладонью пах. Почувствует, как он вскидывает бедра навстречу и шире раздвигает ноги, позволяя дотронуться до себя.
Ван Ибо было прекрасно знакомо пьянящее чувство победы, но сейчас, в этот нереальный момент, оно стало настолько ярким, что охватило его полностью. Он смог бы сдвинуть гору и взлететь, если бы захотел, но хотел только этих трепетных прикосновений и нежных поцелуев. Ничего и никого больше.
*
Когда Ван Ибо удержал его за бедра, пристроил головку члена к влажному от смазки входу и мучительно медленно толкнулся внутрь, Сяо Чжань вдруг понял, что влюблен. Эта мысль пришла вместе с ощущением растяжения и заполненности. Чувство, которого он не ждал, заползло в его сердце и увеличило его вдвое, так что стало трудно дышать.
Сяо Чжань прикусил нижнюю губу, сдерживая стон, и обхватил ладонями лицо Ван Ибо.
— Что, — улыбнулся тот. На его висках собирались капельки пота, выдавая напряжение и волнение. — Нравлюсь?
— Ты слишком симпатичный, чтобы драться на ринге, — заявил Сяо Чжань, чтобы не ляпнуть о своих чувствах. — Бессмысленная трата потенциала.
Ван Ибо фыркнул, подхватил его рукой под коленом, раскрывая еще шире, и начал трахать, заставляя метаться под собой и стонать до тех пор, пока наслаждение не заполнило каждый уголок тела. Пока в мыслях не осталось только его имя и слово «люблю».
*
— Что там? — спросил Сяо Чжань.
Ван Ибо свернул видео и широко ему улыбнулся.
Тайна их отношений перестала быть тайной примерно через месяц, когда одна из поклонниц Сяо Чжаня сняла их на телефон в продуктовом магазине. Видео, на котором они бурно обсуждали качество представленной на витрине редьки, стало вирусным и облетело весь интернет за сутки. Мэн Цзыи еще неделю ходила с очень сложным выражением лица, а потом сама позвала Ван Чжочэна на свидание. И это событие было куда более шокирующим.
— Тебя сняли на трибуне во время моего боя с американцем, — сказал Ибо.
— Серьезно? — Сяо Чжань поморщился.
— Ты очень мило подпрыгивал на месте и закрывал глаза руками, — заметил Ван Ибо и рассмеялся, когда Сяо Чжань надул и без того пухлые губы. — Страшно было?
— Мне не нравится смотреть на то, как тебя пытаются ударить.
— Можешь не ходить, — великодушно предложил Ван Ибо.
— Нет, я хочу увидеть, как ты побеждаешь. Просто… закрывать глаза руками не перестану.
Ван Ибо рассмеялся, обхватил ладонью его запястье и притянул к себе, усаживая на колени верхом.
— Спасибо, — сказал он.
Сяо Чжань вздохнул и зарылся пальцами в его волосы. А потом прижался еще ближе и поцеловал. И сердце Ван Ибо, как и всегда, сделало сальто назад от счастья и любви.