Work Text:
Это случилось, когда он лениво притворялся, что ищет информацию по делу, – они охотились на неупокоенного духа в сумасшедшем доме: Дин вспомнил Вэнди, девушку, которая поцеловала его в психушке, где они выслеживали рейфа, сводящего пациентов с ума. Она шлепнула его по заднице, и это было… довольно приятно.
(Правда, потом она бросила его ради Сэма, что было лучшим доказательством поехавшей крыши, но дело не в этом.)
Девушки и раньше иногда игриво хлопали его по заднице, но это стало последней каплей. А все-таки, зачем маленькая тощая девчонка шлепнула его? Это просто глупо. Но, понимаете, Сэм был большим. И сильным. А еще у него были огромные крепкие руки…
– Чувак!
– Что?
– Ты опять смотришь порно?
– Что? Нет. С чего ты взял?
– Ээ… потому что у тебя на лице грязная ухмылка и член встал?
– Что?! Ничего подобного! – Дин опустил глаза. – Ладно, может быть. Но порно я не смотрю.
– А что тогда? Тебя заводят отчеты о вскрытии?..
Дин сердито посмотрел на Сэма и решил не обращать внимания, вернувшись к чтению. Он ни за что на свете не признается, что хочет быть отшлепанным, – он и не хотел, в общем-то, просто… было любопытно, каково это, – потому что Дин не собирался давать младшему брату, этой занозе в заднице, такое сильное оружие против себя. Это было против братского кодекса чести. А они не раз убеждались, что «братский кодекс чести» перебивал «кодекс чести любовников», и это, возможно, было для Дина самым лучшим в инцесте.
Не то чтобы в инцесте было столько потрясающих штук, что ему пришлось составить список и пронумеровать их по степени офигенности. Но все равно это означало, что он все еще мог быть раздражающим и наглым старшим братом, помешанным на контроле, и это было классно.
Поэтому Дин ну никак не мог дать Сэму себя отшлепать. Он уставился на экран, пытаясь понять, как умудрился обломать себе секс еще на стадии мыслей.
Тут Дина накрыло вспышкой озарения, и он ухмыльнулся, спрятав нехороший блеск глаз за ноутбуком. Ведь то, что он не мог позволить Сэму выпороть себя, не значило, что он сам не мог выпороть Сэма…
***
Сэм шокировано подскочил, разинув рот. Широко раскрытыми глазами он оглядел прачечную, и его взгляд остановился на Дине, рука которого секунду назад была у него на ягодицах.
– Чувак, что за хрень?
– А что? – спросил Дин с невинным видом.
– Что значит «что»? Ты меня только что по заднице ударил!
– А, ты об этом.
– Да. Об этом, – прошипел Сэм с горящим лицом. Он был уверен, что пожилая леди рядом с сушилкой стала свидетельницей этого непонятного происшествия.
– Всего лишь дружеский шлепок, Сэмми. Что, слишком болезненно для твоей нежной маленькой задницы?
Сэм смущенно посмотрел на брата.
– Нет, просто…Что такое?
– А что?
– Нет, серьезно. Что?
– Яснее не становится, Сэм.
Сэм нахмурился и потряс головой, решив списать случившееся на обычные загоны Дина и просто проигнорировать. Он обошел брата по дуге и быстро вытряхнул оставшуюся одежду из мешка, не решаясь нагнуться. Если Дин собрался вести себя еще отвязнее, чем обычно, Сэм не даст ему возможности для атаки.
Дин улыбнулся, заметив обходной маневр Сэма. Ладно, первая фаза его плана – знакомство с предметом – была выполнена. Да, Сэм не проявил воодушевления, но, скорее всего, потому, что пока не видел связи между шлепками и сексом. Дин надеялся, что скоро он аккуратно донесет эту мысль; немного везения – и Сэм будет уверен, что сам захотел себя выпороть!
О да, Дин был отличным стратегом.
***
– Эй, хочешь посмотреть порно, которое я взял в прокате? – небрежно спросил Дин, как будто просмотр фильмов для взрослых был для них совершенно обычным делом.
Сэм поднял брови и посмотрел на диски, которые Дин перед ним разложил.
– «Непослушные школьницы-4: Эми шлепают по попке»?
– О, вот оно что? А я и не заметил.
Сэм скептически потряс головой, недоверчиво нахмурившись.
– Чувак, ну правда. Что с тобой творится, черт подери? Откуда такой внезапный интерес к отшлепанным задницам? Тебя это заводит?
Ладно, может, план Дина был не таким продуманным, как казалось в начале.
– Что?! Нет! Ну… я думаю, вопрос в том, заводит ли это тебя?
Соображая, с чего они вообще это обсуждают, свернув в непонятные дебри, Сэм покачал головой:
– Нет, Дин. Дать выпороть свою задницу – совсем не мое.
– О, – Дин понурился, разочарованный и как будто раздраженный, совсем как в тот раз, когда Сэм разрушил его «гениальный план», обнаружив и проколов подушку-пердушку до того, как Дин пустил ее в ход.
Точно, Дин определенно хотел попробовать порку как кинк; он так неуклюже и неловко поднял эту тему, как всегда, когда думал об очередной развратной штуке, которую они могут испытать (и почти наверняка испортить). Но, хоть в таких случаях Дин бормотал, запинался и долго ходил вокруг да около, обычно он не обвинял Сэма в том, что это его, Сэма, кинк. Засранец точно что-то задумал.
– Почему ты хочешь, чтобы я захотел, чтобы ты меня отшлепал? – подозрительно спросил Сэм.
Дин раздраженно вздохнул, но от Сэма не укрылся выступивший на его щеках легкий румянец.
– Не знаю, я просто думал, это будет прикольно. Послушай, если не хочешь, то все в порядке! Просто забудем, – Дин нахмурился и недовольно пробормотал: – Хотя мы и делали все те чертовы штуки, которые нравились тебе…
Сэм прикусил губу, раздраженно понимая, что давление на чувство вины работает. Нечестно, что Дин так легко находил его слабые места.
– Дин… Слушай, если ты хочешь попробовать, то я согласен. Просто… ну не знаю. Мне сложно понять, что в этом прикольного.
Разумеется, он понимал, почему могло нравиться пороть кого-то: чувство контроля, доминирования, возможность оставить отметины… но быть выпоротым? Это явно не для него.
– Плюс, – продолжил Сэм, – не представляю, как твои шлепки могут быть сексуальными.
– Почему нет?
– О, ну не знаю. Может, потому что ты меня действительно порол? По-настоящему. Например, когда мне было двенадцать, и я поцарапал краску на Импале своим велосипедом? Не самое располагающее к сексу воспоминание. (И, кстати, тогда во всем был виноват Дин, ведь это он «нашел» Сэму велосипед. Который лежал на заднем дворе чьего-то дома.)
О таком Дин не подумал. Ведь это почти как находить сексуальный подтекст в том, что его порол отец, а это было просто… неправильно. О боже, это было охренеть как неправильно. Фу! Выбросить из головы! Но там другое, потому что тогда это был бы инцест… Хотя стойте. Черт!
– Дин, ты в порядке? – взволнованно спросил Сэм. Дин выглядел так, будто сжевал лимон, запив уксусом.
– В порядке, просто… представил кое-что мерзкое, – ответил Дин, махнув рукой, и Сэм не стал расспрашивать.
– Правда, если хочешь, чтобы я это сделал – я сделаю. Просто пытаюсь понять, старик.
– Хорошо, ну… я просто думал, ты решишь, что это горячо, понимаешь? Ты будешь полностью открытым передо мной, беззащитным, я заставлю тебя подчиниться, будет немного больно…
Глаза на секунду остекленели, когда Дин представил себе большие руки, шлепающие чувствительную кожу, жжение, немного унижения … Он пришел в себя и увидел, что Сэм пялится широко распахнутыми глазами, словно на него снизошло откровение.
– О боже, – выдохнул Сэм, ликующе улыбаясь. – Ты же ни капли не хочешь меня выпороть. Ты хочешь, чтобы я тебя выпорол!..
– Что? Нет, не хочу! Не смеши, – Дин фыркнул и неубедительно, натужно рассмеялся, избегая его взгляда.
– Хочешь! – радостно выкрикнул Сэм, как будто это лучшее, что случалось с ним в жизни. – Ты хочешь, чтобы я перекинул тебя через колени и выпорол задницу так, чтобы та стала вишневой…
Дин попытался преисполниться гневом и негодованием, чтобы заткнуть брата, но, к несчастью, слова Сэма попадали прямо в его член, и, вместо того чтобы возмутиться, Дин покраснел.
После нескольких секунд приятного изумления (он был наполовину уверен, что Дин ему врежет) на лице Сэма появилось хищное выражение.
– Я прав, да? – промурлыкал он, наступая на Дина, который пятился, пока не наткнулся на кровать, подло ударившую под колени, и не рухнул на нее с совсем не мужественным вскриком.
Сэм прыгнул на него и придавил сверху, не давая пошевелиться и удерживая на месте.
– Хочешь, чтобы я держал тебя на коленях и шлепал твою сексуальную задницу, пока ты не пообещаешь вести себя хорошо и делать все, что я скажу?
Слова обжигали Дину губы, Сэм был так близко, и он застонал, выгнувшись, желая почувствовать, каково это – быть во власти своего брата. На самом деле он не любил вести себя как бесстыдная шлюшка, но у члена было другое мнение, потому что он стал каменно-твердым и упирался в джинсы, с энтузиазмом реагируя на предложение Сэма.
Сэма восхитила реакция брата. Кто мог подумать, что порка может быть настолько сексуальной? Кажется, Дину в голову наконец пришла хорошая мысль – должно же это было произойти хоть когда-то? – потому что Сэм внезапно понял, что невероятно возбужден идеей положить большую руку на снежно-белую задницу брата и сделать ее приятно розовой. А по тому, как отчаянно Дин извивался, пытаясь толкнуться в него членом, без малейшего намека на сдержанность или притворство, Сэм решил, что Дин ему позволит. Офигенно.
Сэм прижался еще теснее, ища рот Дина, втиснул бедро между его ногами, позволяя ему толкаться себе в пах.
– Я собираюсь хорошенько тебя отшлепать, и ты не сможешь вырваться, как бы не сопротивлялся…
– Черт, – выдохнул Дин, его тело прошила дрожь возбуждения, член уже сочился смазкой, пачкая трусы. – Сделай это.
Почти рыча от невероятного прилива возбуждения, Сэм быстро сел и переместился к краю кровати, схватил своего брата и затащил его на себя. Дином не так-то просто было вертеть, но Сэм справился – уложил его на колени и стиснул так крепко, что тот начал дергаться от возбуждения и рефлекторного желания вырваться.
Сэм быстро расстегнул Дину джинсы, стянул их вместе с трусами вниз, на бедра, почти пустив слюни на дико извивающуюся задницу, которая раскинулась перед ним. Он передвинул Дина, чтобы было безопаснее и удобнее и чтобы у его члена был лучший угол трения.
Хотя часть его находила такую позу унизительной, Дин не мог не признать, что это было чертовски горячо. Плюс, он был бесконечно рад, что Сэм будет шлепать его в непривычной позиции – не наклонившись сверху, – потому что меньше всего он хотел снова начать думать о Джоне… Ну вот, отлично.
Пытаясь заставить свой разум вернуться к приятным ощущениям – а именно, руке Сэма, мнущей его задницу, и члену Сэма, упирающемуся в промежность, – Дин снова сосредоточился на ускользающем желании. Сэм все еще держал его чертовски (горячо) крепко, шепча в ухо грязные и возбуждающие слова, и внезапно его рука исчезла, чтобы вернуться хлестким ударом… Дин затаил дыхание: сейчас начнется веселье.
Сэм опустил ладонь на ягодицы Дина, в последний момент ослабив силу удара – он боялся, что сделает слишком больно и им обоим это не понравится. Но все равно раздался приятный звук шлепка, и кожа слегка порозовела, и Сэм подумал, что ему все-таки это нравится. Вот только он волновался за Дина.
– Ты в порядке?
Ответом была тишина, и Сэм напрягся.
– Дин?
– О боже, Сэм! – раздраженно ответил Дин. – Что это было? Даже тощая сумасшедшая девчонка била сильнее!
– Ладно, извини, – пробурчал Сэм, слегка смутившись. Конечно, легкие нежные шлепки здесь не годились, и смешно было так беспокоиться, учитывая, что Дин переносил повреждения намного серьезнее. Он шлепнул еще раз, сильнее.
– Слабак.
Стиснув зубы, Сэм размахнулся и ударил со всей силы, так, что руку подбросило отдачей, и она начала гореть, а по комнате разнеслось эхо. Да, вот это уже кое-что.
– АЙ! Бля! – выругался Дин до смешного потрясенным голосом. – Это больно!
Ухмыляясь, Сэм ударил еще три раза. Он удивился, когда Дин вдруг стал по-настоящему вырываться, выкручиваясь из хватки, и попытался врезать ему локтем по ребрам. Пришлось придержать брата двумя руками, чтобы тот не сбежал.
– Отпусти меня! Это больно! – у Дина было ощущение, что его проклятая задница горит огнем.
– Ты сам просил бить сильнее, – сердито напомнил Сэм. – И чего, черт возьми, ты ожидал?
– Да, но я думал, это будет горячо! А это полный отстой, – проворчал Дин, все еще извиваясь. Сэм подумал, что Дина, наверное, это возбуждало не так сильно, как его самого.
– Прекрати вести себя как маленький, – пренебрежительно отозвался он, снова опуская руку на вздернутую, ярко-розовую задницу. Он попытался смягчить удар, но сильные шлепки выглядели и звучали так здорово…
– Сэм! – крикнул Дин, крутясь у него на коленях и пытаясь прикрыть задницу. – Перестань! Мне не нравится!
– Ага, зато мне нравится, – ответил Сэм, удивившись, как чертовски сильно завелся. Он не ожидал, что втянется, и согласился скорее ради Дина, но черт возьми. Еще сильнее прижав брата к коленям, неосознанно вминая его в свой невероятно твердый член, он ударил еще пару раз. Когда Дин напрягся и начал махать руками, пытаясь его ударить, Сэм закатил глаза.
Он так увлекся, что Дину почти удалось сбежать, заехав локтем ему в живот, но джинсы, стягивающие бедра, определенно мешали быстро двигаться, и Сэму удалось поймать его на полпути. Он рыкнул и шлепнул брата снова, отмечая, какой горячей и покрасневшей была кожа.
– Боже, ты такой сексуальный.
– Сэм! Отвали нахер. Мне больно, – проскулил Дин.
– И что? Ты знаешь, сколько раз я получал травмы – и даже оказывался в скорой – из-за твоих кинков? – вспомнив, как его член полыхал от реакции на смазку с дикими фруктами, Сэм зарычал и шлепнул Дина сильнее.
– ЭЙ! В тот раз это было из-за твоего кинка, мудак!
О. Верное замечание.
– Да, но… Ты сам хотел! – Сэм прижал Дина к коленям, добавив сердито: – А мне очень нравится.
– Чувак, у меня даже не стоит больше!
Сэм резко замер, почувствовав неуверенность. Он и подумать не мог, что все настолько серьезно. Дин не терял эрекции, даже когда Импала почти въехала в озеро посреди их неудачного секса в машине.
– О боже, прости…
Он быстро перевернул Дина и увидел совершенно вялый член, комично надутые губы и моргающие глаза, полные страдания, словно у проклятого Бэмби. Дин зашипел, когда его пылающая задница коснулась бедер Сэма, и при этом так выгибался и дергался, что случайный свидетель мог бы решить, что он смертельно ранен.
– Очень больно? – прошептал Сэм.
– Порка – отстой, – пожаловался Дин, пытаясь принять более удобную позу. – Задница болит, а у тебя на это стояк, законченный ты мудак.
– Да, но я не виноват, что ты в кои-то веки выбрал хороший кинк, но оказался таким слабаком, что не смог с ним справиться, – увидев взгляд брата, Сэм торопливо добавил: – Ээ, понимаешь, ничего не могу поделать – твоя задница такая сексуальная…
– Придержи язык, козел! – прорычал Дин, отодвигаясь от Сэма и пытаясь встать на ноги. – Ты просто делал все неправильно.
– Я! Да я… – Сэм глубоко вдохнул, стараясь успокоиться. Конечно, Дин вел себя как засранец, но это у Сэма все еще стояло, и если он не уступит своему упрямому брату, придется разбираться с проблемой в одиночку. – Слушай, мне жаль, ладно? А сейчас почему бы тебе не лечь на кровать и я… поцелую там, где болит.
Прихрамывая, Дин подошел к Сэму и посмотрел на него, скептически приподняв бровь.
– Поцелуешь, где болит? То есть поцелуешь мою задницу?
– Да, – ответил Сэм и улыбнулся, как он надеялся, соблазнительно.
– То есть сделаешь мне римминг? Засунешь язык в мою задницу? – озвучил Дин ненужные яркие подробности.
– Чувак, я же сказал – да! Боже, не нужно быть таким… бестактным.
– Бестактным? Иди на хер, принцесса. Нам нужно прояснить эту хрень, потому что тебе как минимум придется оттрахать меня языком, пока я все здесь не обкончаю, чтобы заслужить прощение.
– Хм, ты очень грубый! – пожаловался Сэм. Грязные разговоры от Дина…это было горячо.
– Ну?
– Ладно, хорошо. Просто… ляг на кровать и заткнись уже, – он заметил, что эрекция Дина начала возвращаться.
Дин упал на кровать, поерзал и похабно развел ноги, и Сэм в мгновение ока оказался на нем. Он все еще был невероятно заведен от порки Дина, а алая, отшлепанная задница была охрененно сексуальной. Чтобы избежать жалоб, Сэм со всей возможной осторожностью развел ягодицы и сразу нырнул лицом между ними, принимаясь энергично вылизывать и посасывать дырку.
– Да, Сэмми, чертовски хорошо, – простонал Дин, выгибаясь от удовольствия.
– Мм, – согласился Сэм, произнося слова между вылизыванием, которое делало Дина все более мокрым и хлюпающим. – Ты такой горячий сейчас, Дин. Обожаю твою выпоротую задницу. Она чертовски сексуальная.
Дин застонал от смеси удовольствия и удручающего осознания. Он точно открыл ящик Пандоры, позволив своему дурацкому братцу-йети отшлепать себя, и тот определенно хотел повторить. И если Сэм продолжит свой мозговыносящий римминг, Дин, может, быть, разрешит ему это сделать, пока его мозг находится вне зоны доступа, в какой-то чертовой оргазмической коме. Хитрый мелкий засранец.
Боже, какой он идиот. Вдобавок легкодоступный. Но талантливый, юркий язык Сэма в заднице определенно стоил ее страданий. Плюс ко всему его мелкий раздражающий брат не мог говорить, пока вылизывал Дина, так что… все было не так уж плохо.
И когда Дин начал тереться о простыни, вжимая горящую огнем задницу Сэму в лицо, то решил, что не пожалеет об этом эксперименте.
По крайней мере, пока не кончит.