Chapter Text
Вэй Усянь все-таки вырвался из хватки Цзян Чэна с намерением выяснить у гусуланьца, что происходит. Он заметил нечто странное: хотя все прибывшие на перевоспитание адепты клана Гусу Лань выглядели как-то подавленно, лица их искажались ненавистью при взгляде на людей Цишань Вэнь, особенно одного из них. Его сам Вэй Усянь видел впервые, и он везде ходил в сопровождении высокого слуги.
Неприветливого адепта Вэй Усянь потерял из виду, а осматривая толпу, заметил, что Вэнь Чао о чём-то говорит с тем самым человеком, которого так невзлюбили ученики из Гусу. Он поневоле заинтересовался: очевидно, человек был довольно высокого ранга, раз стоял рядом с сыном Вэнь Жоханя, безмятежно слушал его сердитую речь, и поза его не выражала и капли почтительности. Человек вдруг поймал его взгляд, и будто бы... улыбнулся? Наверно, показалось. Вэй Усянь решил не отвлекаться - вновь напряжённо всмотревшись в толпу, он вдруг обнаружил белую фигуру чуть поодаль, у отдельно стоявшего дерева.
Он решительно подошёл к адепту, но замер, не дойдя пару шагов - тот разговаривал с тем самым слугой, и до слуха Вэй Усяня донеслись обрывки разговора:
- Вы не должны... Чудовищно... Я бы убил его...
- Ступай, Лань Сэ.
- Хангуань-цзюн...
"Знакомое имя", подумал Вэй Усянь, а мгновение спустя, когда ошпарило узнаванием, уставился на того, с кем говорил адепт.
Неудивительно, что Вэй Усянь не нашёл Лань Ванцзи в толпе: взглядом он искал прежде всего белое ханьфу, но Лань Чжань был облачён в в чёрное грубое одеяние с огненным узором. Он будто отощал - щеки запали, черты лица заострились, а ещё под глазами залегли темные круги. Волосы были собраны в низкий хвост, и где, черт побери, его лента, которую он берёг как зеницу ока?
Адепт вдруг заметил Вэй Усяня и в гневе воскликнул:
- Как ты смеешь подслушивать?!
Вэй Усянь не успел ответить - холодный голос повторил:
- Ступай, Лань Сэ.
Адепт застыл, умоляюще посмотрел на Лань Ванцзи, а затем его лицо дрогнуло, он кивнул и удалился.
Лань Ванцзи перевёл взгляд на Вэй Усяня. Его глаза не выражали никаких эмоций.
- Лань Чжань, - начал Вэй Усянь.
Столько вопросов крутилось у него на языке, и он не знал, какой задать первым. Почему ты так одет? Почему ты не со своими адептами? Что происходит? И где, черт возьми, твоя лобная лента?
Лань Ванцзи по-прежнему стоял неподвижно, но взгляда всё же не отводил.
- Лань Чжань, - услышал Вэй Усянь, и подумал было, что его язык опередил мысль.
Лишь мгновение спустя до него дошло, что голос принадлежал другому человеку - тому самому, за слугу которого он принял Лань Ванцзи.
- Куда же ты запропастился? Я тебя ищу, - заявил этот человек, а затем сделал то, что повергло Вэй Усяня в изумление - обнял Лань Ванцзи за талию и... привлек для поцелуя.
Вэй Усянь оторопел, а в голове отчего-то промельнула глупая мысль: ну вот, сейчас этот человек умрёт, а я ведь ещё не узнал его имени. О том, что Лань Ванцзи не терпит прикосновений чужих людей (а возможно, прикосновений в принципе) Вэй Усянь имел возможность убедиться самолично, а уж что будет чужаку за подобное нахальство, и представить было страшно.
Однако ничего не происходило. Этот незнакомец, казалось, намертво прилепился к Лань Ванцзи, обвив руками его талию, а тот просто стоял и ничем не выказывал возмущения.
Вэй Усяню отчего-то стало неловко, и в то же время накатило раздражение: ну же, думал он, прекрати это, Лань Чжань. Мерзость же, когда тебя целует мужчина. Почему ты его не остановишь?
Наконец, мужчина оторвался от Лань Ванцзи, взял его за руку и потянул за собой. Тот послушно шагнул следом, но внезапно бросил взгляд через плечо на Вэй Усяня - взгляд, в котором невозможно было прочитать ничего - впрочем, как и всегда. Не обронив ни слова, он отвернулся и пошёл вперёд, больше не оглядываясь.
Вэй Усянь тоже вернулся на место сбора. Цзян Чэн разговаривал с каким-то незнакомым юношей и встретил брата привычной бранью, через которую явно проглядывало беспокойство о том, как бы его не наказали за долгое отсутствие.
Юноша пересказывал последние новости, и Вэй Усянь спросил его:
- Ты знаешь, кто этот человек, который разговаривал с Вэнь Чао недавно?
Юноша серьёзно кивнул:
- Его старший брат - Вэнь Сюй.
Что ж, теперь стала понятна подобная вольность в поведении.
- А вы заметили, что адепты Гусу Лань его как-то... недолюбливают? - Вэй Усянь таки решил прощупать почву - любопытство мучило его, но о том, что довелось увидеть, рассказывать другим отчего-то совсем не хотелось.
- Недолюбливают - не то слово. Он навел страха на Гусу в прошлом месяце.
- Что случилось?
- Обвинил людей Гусу в каком-то неподчинении, заставил их сжечь свои дома. А ещё... - юноша вдруг понизил голос, - ходят очень странные слухи... ну, что он хотел перерезать всех соучеников младше двадцати лет, но вместо этого забрал к себе второго нефрита Гусу Лань... Потому его и нет здесь.
Тут юноша явно ошибался, подумал Вэй Усянь, но в то же время недоумевал: ну неужели никто не узнал Лань Ванцзи, кроме своих? Стоит только сменить одежду, и... Вдруг Вэй Усянь осознал, что не заметил при Лань Ванцзи также его меча, и предположение о взятии в плен показалось даже правдоподобным.
- А как же глава клана и старший брат такое стерпели? - засомневался Вэй Усянь.
- Тут-то самое странное... Говорят, Лань Ванцзи даже спрашивать их не стал, ушёл с ним добровольно... Якобы потому, что он - обрезанный рукав... Дикость какая-то, - тут же поспешно добавил юноша, будто боясь, что этими словами навлечёт на себя гнев.
У Вэй Усяня пересохло в горле; облизав губы, он ответил:
- Вздор. С чего бы?
Юноша осторожно кивнул и снова понизил голос:
- Ходят ещё более странные слухи... Говорят, что Вэнь Сюй на самом деле предложил... перед всеми... Показать свою привязанность. - Голос юноши упал до шёпота, а Вэй Усяню краска бросилась в лицо.
"Показать свою привязанность" значило взять в рот янскиий корень, ублажая мужчину до тех пор, пока он не достигнет пика удовольствия.
- Ну так вот, говорят, Лань Ванцзи сразу послушался. А разве станет такой сильный заклинатель делать что-то подобное против своей воли? Следовательно... - И юноша пожал плечами.
Он говорил что-то ещё, но Вэй Усянь уже не обращал внимания - услышанное с трудом укладывалось в голове, и мысль хотелось обдумать со всех сторон.
Странная неопределённость мучила его - был ли Лань Чжань пленником Вэнь Сюя? Это ведь разумно - иначе куда бы подевался его меч, да и эта одежда... Но если все так, почему же Вэнь Сюй потащил его туда, откуда легко сбежать, и никакой охраны к нему не приставлено? Разве так обращаются с ценным пленником? Но тогда мог ли Лань Чжань уйти добровольно? И почему ему позволили старшие? И зачем Вэнь Сюю Лань Чжань? Неужели... В голове поневоле вспыхнула непристойная картинка; Вэй Усянь попытался отогнать ужасный образ, но он оказался прилипчив - холодное лицо, тонкие губы, обхватывающие янский корень... Неужели это правда, и Лань Чжань - в самом деле обрезанный рукав?
"А меня даже за руку взять не мог, когда спасал из воды", - прозвучал вдруг в голове тихий голос.
Не мог... Не хотел?
А этого, значит, мог и хотел - и не только за руку? Вэй Усянь вдруг понял, что думать об этом как-то мучительно, и попытался прогнать такие мысли, но они всё лезли невесть откуда.
***
- Просто у него мои лента и меч, - пояснил Лань Ванцзи. - Я не могу уйти, пока они у него, понимаешь?
Так вот как все просто.
- Он обещал отдать. А пока я должен... - Он вдруг замолчал, сделал шаг к Вэй Усяню, взял его за руки и заглянул в глаза: - Ты веришь мне?
От такого Вэй Усянь просто оторопел, а Лань Ванцзи продолжил:
- Мне очень нужно, чтобы именно ты верил. Только ты!
- Почему?.. - выдавил Вэй Усянь, и получил ответ немедленно:
- Ты мой единственный друг.
Он чуть не засмеялся от радости и облегчения, но вдруг спохватился:
- Ты... Ты такой тощий. Тебя там что, не кормят?
- Это неважно, - покачал головой друг. - Я же из Гусу. Мы можем долго обходиться без еды.
- Я вижу, как ты обходишься, - фыркнул Вэй Усянь, а затем выпалил неожиданно даже для себя: - Так ты не обрезанный рукав?
И проснулся.
На душе было светло, и чувство легкости не покидало его, несмотря на то, что увиденное во сне обретало черты абсурда с каждой секундой пробуждения. Про ленту и меч - вздор, конечно же, но как, черт побери, он упустил самое важное: Лань Ванцзи ни за что бы не ушёл добровольно с врагом своего клана, а то, что Вэнь Сюй - враг, было совершенно очевидно. Стало стыдно за недавние сомнения - хороший же из него друг! На месте теперь совершенно не сиделось - ужасно хотелось найти Лань Ванцзи и сказать о том, что он не верит этим ужасным слухам, что... Вдруг царапнуло нечто неприятное, промелькнуло на краю сознания, но Вэй Усянь нетерпеливо отмахнулся от неоформившегося воспоминания, схватил узелок со снедью (множество таких узелков Янли всучила им с братом в дорогу, не слушая возражений) и выбежал из комнаты, которую делил с Цзян Чэном.
На дворе стояла глубокая ночь, ученики других кланов уже явно улеглись спать, бодрствовали разве что караульные, так что надеяться найти Лань Ванцзи, пожалуй, не стоило, но он всё же решил пройтись и охладить горячую голову.
Он обошёл лагерь пару раз, все же оглядываясь по сторонам, но вокруг было пусто и тихо, горели только сигнальные огни. Уже возвращаясь, решил заглянуть к колодцу - в горле пересохло.
Именно там он наткнулся на Лань Ванцзи. Тот набрал огромное ведро с водой и уже собрался уходить.
- Лань Чжань! - Вэй Усянь почти крикнул, хотя в этом не было нужды - стояла тишина.
Помедлив, друг поднял на него взгляд, но не ответил на приветствие.
Вэй Усянь подошёл поближе, на ходу понимая, что нужные слова вылетели из головы.
- Лань Чжань, - повторил он, и, вдруг вспомнив о своей ноше, протянул другу узелок. - Это тебе.
- Это?.. - Казалось, в светлых глазах промелькнуло удивление.
- Шицзе дала нам в дорогу. Она очень вкусно готовит, знаешь. Тебе понравится.
- Замечательно, - вдруг раздался у него за спиной уже знакомый резкий голос с вкрадчивыми интонациями - дикое всё-таки сочетание. - Лань Чжань, ты ведь дашь мне отведать кусочек?
- Господин Вэнь, - Вэй Усянь отвесил почтительный поклон, хотя был взбешён тем, что его прервали, к тому же сам Вэнь Сюй вызывал у него вовсе не тёплые чувства.
- Молодой господин... не имею чести знать вашего имени, - кивнул мужчина.
- Вэй Усянь.
- Занятно, занятно. А как ваше первое имя, позвольте узнать? - спросил он, улыбаясь, но даже не посмотрев в сторону собеседника - с момента появления его взгляд был прикован к Лань Ванцзи.
Показалось, или тот побледнел?
- Вэй... - Вэй Усянь не договорил, потому что Лань Ванцзи с грохотом уронил кадку, и вся вода разлилась по земле, вымочив нижние полы его одежды и сапоги.
- Прошу меня простить, - холодно сказал он, подобрал ведро и шагнул к колодцу, чтобы набрать ещё одно.
- Я помогу, Лань Чжань, - спохватился Вэй Усянь и подбежал к нему.
Вэнь Сюй тоже неспешно подошёл к колодцу.
- Хотя... - протянул он, по-прежнему глядя на Лань Ванцзи. - Пожалуй, не надо. Думаю, ты вкуснее, чем любое блюдо какой-то там шицзе.
Такое пренебрежение к Янли, с которой Вэнь Сюй даже не был знаком, вкупе со странным, оскорбительным намёком, вдруг вывело Вэй Усяня из себя: он схватил Вэнь Сюя за ворот.
- Ты... - в бешенстве прошипел он. - Как ты смеешь...
Он не смог продолжить: чужая рука вдруг схватила его за запястье и оторвала от Вэнь Сюя. Хватка Лань Ванцзи казалась крепкой, ладонь - тёплой, а взгляд по-прежнему был нечитаем.
- Молодой господин Вэй, - произнёс он учтиво, но право же, лучше бы он ударил Вэй Усяня по лицу. - Держите себя в руках.
Помедлив, Лань Ванцзи отпустил его руку, забрал ведро и пошёл прочь, Вэнь Сюй не отставал от него.
Вэй Усянь смотрел им вслед, удерживая узелок немеющими пальцами.
К горлу подкатывали слёзы. Он вдруг понял, что за чувство царапнуло его недавно: все доводы о том, что Лань Ванцзи не мог подчиняться врагу клана, разбивались о ту сцену поцелуя.